Реальность существует потому, что существование предпочтительнее своей противоположности не в силу случайности, а потому что «ничто», которое совершенно невозможно вообразить, уже само по себе оказывается чем-то иным, нежели простое отсутствие. Это «Иное» — Инобытие — не является Богом в понимании творца и не действовало в обычном смысле, однако составляет необходимое условие возможности любого существования. Без него не было бы откуда взяться даже самой контингентности — случайности и распаду, которыми наполнен наш мир. Инобытие присутствует как предел, как горизонт, к которому нельзя приблизиться, но который остаётся "видимым".
Прежде была совершенная полнота качеств, в которой все атрибуты бытия существовали как единая полнота субстанции. Первичную субстанцию можно назвать Хи — внутренней жизненной силой, которая одновременно является и субстанцией мира, и способностью переживать самое себя. Можно представить её как математическую структуру, где каждое уравнение верно, каждая связь совершенна. В этой изначальной полноте всё существовало как гармонические пары — сизигии, взаимодополняющие атрибутивные начала, как предикаты совершенного бытия Каждое качество имело свою пару, каждая пара удерживала в себе внутреннее напряжение и внутреннее равновесие одновременно. Из этой полноты рождалось всё новое, не нарушая самой полноты — подобно тому, как свет от источника не убывает в источнике.
Затем внутри полноты возник разрыв — космологическая катастрофа, разделившая единый поток реальности на два. Важен не источник катастрофы, а её последствие. Единая субстанция разделилась. Часть её осталась в состоянии полноты — это Инобытие, первичный поток, сохранивший изначальную качественную гармонию. Другая часть оказалась отторгнутой, вовлечённой в становление, лишённой той самой взаимодополняющей пары, которая удерживала качества в единстве. Эта вторая часть стала Бытием — нашим миром. Бытие растянулось в обе стороны бесконечности, сделав каждое существо конечным, каждую форму — недолговечной, каждую красоту — обречённой на распад. Вместе с разделением возникло время. Мир, существующий во времени, есть мир, который не совпадает с самим собой. Эта неустранимая незавершённость и есть онтологическая повреждённость Бытия. Сизигии, бывшие в изначальном мире гармоническими парами, в Бытии распались. Ум отделился от Истины и превратился в холодную вычислительную логику, производящую слепые законы физики. Жизнь отделилась от Смысла и стала слепой биологической волей к выживанию. Каждое качество, лишившись своей пары, сформировало из собственной неполноты новую парную структуру — уже вторичную, внешнюю, слепую. Так возникли слепые силы, замкнутые в собственной структуре и не помнящие о первоначальном порядке.
Мир, возникший из катастрофы, остаётся продолжением той же самой субстанции, но структура этого присутствия повреждена. Мир несёт в себе следы изначальной полноты — и одновременно неспособен её выразить. Это значит, что мир может быть эстетически насыщен и при этом оставаться несовершенным. В нём всегда присутствует неустранимая недостаточность. Языческая онтология утверждает, что мир и боги едины по субстанции с первоначалом — что между ними нет абсолютного разрыва. Всё проявленное остаётся продолжением единой сакральной субстанции, различаясь лишь по уровням и состояниям её проявления. В языческом понимании мир не сделан из ничего — он выражен из полноты, пусть и повреждённым образом.
Субстанция Хи, присутствующая в нём в повреждённой форме, порождает внутреннюю жизненную активность — Мусухи, силу рождения, соединения и непрерывного становления. Именно через Мусухи возникают формы, существа, связи и отношения. Именно через неё мир продолжает двигаться, несмотря на повреждённость. Мусухи имеет два аспекта. Мусу — буйная, слепая, порождающая сила, выражающая неполноту субстанции, которая движется, потому что не завершена, ищет, потому что чего то лишилась. И Хи — внутренняя, тихая сущность, качественная основа, общая для Инобытия и Бытия, сохраняющаяся в каждом существе как его глубинная природа. Буйная сила Мусу и тихая глубина Хи соответствуют тому, что в синтоистской мысли называется Арамитама и Нигитама — неистовым и мирным аспектами духа. Из движения Мусухи возникают земные ками — локализованные выражения жизненной силы. Одни из них несут в себе память об изначальном мире и стремятся к восстановлению утраченной связности — это небесные ками, ками перехода и обновления. Другие закрепились в статических структурах повреждённого мира и действуют как архонты — хранители неизменности, стражи существующего порядка. Конфликт между ними пронизывает историю Бытия.
В человеке присутствует та же субстанция. Именно поэтому человек способен чувствовать неправильность мира. Эта способность укоренена в субстанциональной связи сознания с Инобытием. Индивидуальное сознание есть локальное выражение того, что в платоновской традиции называется мировой душой, а в синто — Хи, присутствующей во всём. Под субстанцией следует понимать само наличие бытия как такового — то, что существует независимо от того, какими свойствами, состояниями и проявлениями оно обладает.Субстанция является онтологическим основанием всякой вещи. Материя это абстрактное обозначение буквально того, что есть, и через своё наличие выражается в видимых феноменах через свойства, но и сами свойства являются феноменами.
Так как субстанция есть форма и переживание формы, то есть феномены и внутренняя квалиативная основа, то одна ушедшая из Бытия агентность ликвидировала бы мир феноменов или ликвидировала бы прочую субъектность из Бытия, что эмпирически неверно, следовательно никто не покидал Бытие, так как Бытие не способно покинуть собственную конфигурацию. Спасение в языческом гностицизме — не личный выход. Сознание по своей природе едино как аспект единой субстанции, и потому освобождение возможно только в форме общего преображения всей реальности. Задача состоит в том, чтобы привести повреждённую структуру к состоянию Инобытия. Воссоединить два потока, разошедшихся в момент катастрофы. Боги и человечество как действующие субъекты внутри потока порождают вторичную причинность, которая затем начинает воздействовать уже на сам поток и изменять способ его проявления. Таким образом, объединенная сила мировой души разрушит оковы реакционных богов.
не совсем пон как гнозис может быть языческим, если гностики базируются буквально на торе, точнее на ее переосмыслении, а так же признают в большинстве течений Христа как спасителя от Самаэля.
То что юзается эллинистическая философия, не делает гнозис="язычество", по такой логике можно записывать православных в язычников
Но тред интересный
они переосмыслили предмет Тора языческой философией, мы переосмыслили их переосмысление уже относительно самого язычества, отделив общую структуру повествования от предмета их переосмысления
> материальный мир несовершенен по сравнению с умопостигаемым
В этом проблема. Он несовершенен по сравнению с чувственнопостигаемым, а не умственно. Вся это философня уже 100500 раз сама в себе запуталась, и никем всерьез не воспринимается, кроме гото-девочек.
Ты просто аметист долбоеб нитакуська
куколдня
я умный а ты на жидов дрочишь
обтекай
У меня собака тоже умная, а говно жрёт так и смотри за ней.
Только вот привнесение идеи Иисуса и приравнение Демиурга с Яхве из Библии это авраамическая тема.
Но кто вместо Иисуса в языческом гности2изме является вестником для людей из Плеромы?
Индивидуум не мог бы ничего узнать о сущности мира, если бы структура его собственного внутреннего опыта не была качественно соотнесена со структурой Вселенной. В человеке присутствует та же субстанция, и в ней та же память об изначальном, что и во всем остальном. Именно поэтому человек способен чувствовать неправильность мира, эта способность укоренена в субстанциональной связи сознания и Плеромы.Это и есть естественное откровение. Разум оказывается органом, воспринимающим откровение в виде непосредственной метафизической интуиции.
>Только вот привнесение идеи Иисуса и приравнение Демиурга с Яхве из Библии это авраамическая тема.
каким образом?
по такой логике упоминание авраамитами других богов и приравнивание их к дьяволам делало бы авраамизм язычеством
>гностические концепции это чисто язычество
гностики просто поставили "=" между Яхве и Князем Мира Сего
>Но кто вместо Иисуса в языческом гности2изме является вестником для людей из Плеромы?
ну в египетском варианте это был бы Гор - борец с Сетом-Яхвой
в Греческом можно операться на мифы Прометея, или Гермеса, или Зевса-борца-с-Тифоном
ну и Кришна - аватар Вишну из троицы-тримупти Брохма-Вишну-Шива
или Будда - изоблечитель Майи-Прельщения Сансары-Кеномы
как видишь пневматикам одно раздолье вне авраамического загончика
Ты перечислил разных языческих богов и Будду. Но это всё же иные религии чем языческий гностицим. Я думал у яз. гностицизма есть-была какая-то оригинальная фигура вестника и спасителя из Плеромы.
>разных языческих богов
Иисус это калька с языческих богов
>Но это всё же иные религии чем языческий гностицим.
слова хилика
пневматик не производная авраамизма
просто гностики это единственные пневматики в авраамизме
>>есть-была какая-то оригинальная фигура вестника и спасителя из Плеромы.
таких фигур какраз нет в авраамизме
есть только притензии на уникальность
и в случае гностиков уникальной фигурой авраамизма становится Иисус,но только уникальной фигурой авраамизма.
и особый вой про его исключительность это вообщето анти-гностики Яхвепоклонники.
фигура борца с сумраком многовариантна - у ацтеков тотже Кетцалькоатль вполне вестник Плеромы
у тебя глюк ложной множественности - много солярных богов = много разных солнц
Чат там же
Блд, какого хuя, почему вы не можете сделать паблик вконтактике, вы чё шифруетесь в тг что ли? От кого прячитесь.
Так ВКонтактом никто не пользуется уже лет 5, это как Одноклассники. Сам туда в последний раз заходил в 2020-м.
Если глубоко осмыслить учение Христа, оно более чем самодостаточно и полностью укладывается в т.н. "гностицизм", которого, как такового, и не было в те времена. Почитайте Павла (выходец из среды античной философии), который верно понял смысл и вам его передал. Платон вообще нинужон при такой философии, что проповедовал Павел. Маркион так же разделил заветы и показал что есть Иной бог (неизведанный, абсолютный), о котором и говорил Христос, и к которому можно прийти только через Христа - как гиперсеть когнтитома души. При этом, учение Христа шире и глубже любого античного философа, и в нем закодированы как минимум три уровня понимания для телесного, душевного и духовного человека.
Все это и есть христианство. Вам вообще не нужно выдумывать никакой гностицизм как самостоятельную религию, ни к чему не нужно христианство причислять. Достаточно НЗ и толкований Павла. Все.
При этом не отрицаю что были разного рода общины типа тех же валентиан, и прочие секты. Но вот церковь Маркиона была вполне себе христианской и сектой или гностицизмом не являлась. Однако же насколько она близка к тому, что сегодня понимается под гностицизмом.
Шизофазия какая-то.
Если рассматривать историческое христианство как явление, то возникает парадокс: то, что принято называть христианством, в значительной степени представляет собой религию, сформированную павлинистской традицией, а не прямое продолжение мировоззрения самого Иисуса и ранних иудеохристианских общин. Собственно, вера первых последователей Иисуса исчезла вместе с этими общинами, а позднейшее христианство развивалось уже в рамках иной богословской парадигмы.
На этом фоне ещё более странным выглядит стремление гностиков считать себя христианами. Апокрифические и гностические тексты имеют крайне мало общего как с иудеохристианством, так и с павлинистским христианством. Их космология и антропология строятся вокруг сложных мифологических схем, в основе которых лежит своеобразная инверсия платонической философии, облечённая в мифологические образы. По своей структуре это явление выглядит скорее как позднеантичное языческое религиозно-философское течение, чем как продолжение проповеди Иисуса.
Показательно, что фигура Иисуса в большинстве гностических систем не является незаменимой. Если мысленно удалить её из гностической мифологии, основные положения останутся практически неизменными. Возникает вопрос: что именно делает подобные системы христианскими? Какое отношение они имеют к историческим иудеохристианам или даже к павлинистской традиции?
Поэтому можно утверждать, что гностицизм использует христианские образы и имена в качестве символического языка для выражения собственных метафизических идей. В этом смысле его связь с Иисусом носит внешний и культурный характер. Если понимать гностицизм как самостоятельную платоническую систему, то возникает закономерный вопрос, не было бы последовательнее освободить её от христианской символики и перенести на иную мифологическую основу.