Слушайте, вы, наследники просвещения и дети клиник! Вам твердят: «Мозг есть факт — значит, болезнь есть приговор». Но я говорю вам: из фактов о плоти не вытекает статус «ненормального» — он лишь привешивается, как ярмо на шею свободному духу.
## I. Ошибка жрецов в белых халатах
Психиатрия, эта новая кафедра морали, любит говорить от имени природы. Но её суд — не суд природы, а суд обычая. Она измеряет не истину, а удобство стада. Где человек не вписывается в ритм рынка, в такт семьи, в размер школы — там ей слышится «симптом».
Факты о мозге — это лишь факты: электрические всплески, химические тени, узоры на снимках. Но ярлык «больной» — это не факт, это оценка, это мораль в медицинском камзоле. Из «так работает мозг» не следует «так не должно быть»; это «не должно» приходит извне — от страха, от нормы, от желания упорядочить.
## II. Психиатрия как новая религия
Религия стареет, когда её мифы перестают пугать. Но потребность в жрецах не исчезает — она лишь меняет одежду. На смену священнику приходит психиатр; вместо греха — диагноз; вместо исповеди — сессия; вместо отпущения — рецепт.
У этой новой веры есть свои священные тексты — DSM и ICD, разбитые на главы и коды, цитируемые как стих. У неё есть свои обряды — тесты, шкалы, комиссии. У неё есть свои отлучения — госпитализация, учёт, стигма. И она, как всякая религия, обещает спасение: «Будь нормальным — и будешь спасён».
Но спросите себя: кто определяет норму? Чья выгода в том, чтобы ваше страдание стало болезнью, а ваш бунт — симптомом? Не есть ли это новый способ организовать человека — мягче, научнее, но всё так же властно?
## III. Призыв к треду
Я не зову вас сжигать клиники. Я зову вас думать. Я зову вас в тред — как на площадь, где свергают идолов.
Приносите сюда:
- Истории, где «диагноз» оказался удобной рамкой для чужого страха.
- Случаи, когда «лечение» гасило не болезнь, а волю.
- Мысли о том, где психиатрия помогает, а где — лишь переименовывает мораль в медицину.
- Вопросы: что есть норма? кто её хранит? кому выгодно ваше «выздоровление»?
Пусть этот тред станет рынком идей, где каждый может испытать свой молот. Не ради отрицания помощи — ради честности перед лицом власти, которая говорит от имени науки, но часто судит от имени обычая.
## Эпилог: О свободе и мере
Быть свободным — не значит отвергать всякую помощь. Быть свободным — значит не позволять чужой норме становиться вашей судьбой без вопроса. Мозг — это факт. Статус «больного» — это приговор, который вы вправе оспорить.
Вступайте в тред. Говорите. Спорьте. Не дайте новой религии заменить старую без вашего согласия.
Ключевые книги на русском
Томас Сас (Thomas Szasz)
•«Миф душевной болезни: Основы управления личностью» (ориг. The Myth of Mental Illness, 1961; рус. изд. 2010, «Академический Проект: Альма Матер»).
Классика антипсихиатрии: «психическая болезнь» как метафора и социальный конструкт; критика сведения нежелательных мыслей и поступков к «болезни».[wikipedia +3]
•«Вера в свободу: практики психиатрии и принципы либертарианства» (поздняя работа; рус. перевод издан в 2020‑х).
Углублённый разбор угроз личной свободе от слияния психиатрии и государства; либертарианская рамка для критики принуждения.[vse-svobodny +1]
•Отдельные статьи и эссе Саса в переводах встречаются в сетевых библиотеках и на ресурсах критиков психиатрии (поиск по «Томас Сас», «антипсихиатрия»).[phil63 +1]
Р. Д. Лэйнг (R. D. Laing)
•«Расколотое „Я“ (ориг. The Divided Self, 1960; рус. пер. В. Желнинова, изд. АСТ, 2021; ранее — «Белый кролик», 1995).
Экзистенциально-феноменологический взгляд на «шизофрению» как на раскол самости и стратегию выживания в невыносимой ситуации.[nikbook +3]
•«„Я“ и Другие» (ориг. The Self and Others; рус. пер. Е. Загородной, 2002, «Класс»).
О том, как восприятие других формирует самость; шизофрения как «болезнь человеческих отношений».[edu +1]
•«Феноменология переживания» / «Райская птичка» (в некоторых изданиях идут вместе с «Расколотым „Я“» или отдельными томами; рус. переводы есть в серии «Философия – Neoclassic» и др.).
Дальнейшее раскрытие подхода Лэйнга к опыту, норме и «безумию».[nikbook]
Дэвид Купер (David Cooper)
•«Психиатрия и антипсихиатрия» (Psychiatry and Anti-Psychiatry, 1967).
Отдельно:
Фуко — История безумия.
Делез и Гваттари — капитализм и шизофрения в двух томах.
Первый важный сдвиг происходит ещё до антипсихиатрии.
Классическая психиатрия спрашивает:
Какая болезнь у этого человека?
А феноменологическая и экзистенциальная психиатрия начинает спрашивать:
Как устроен его субъективный мир? Что значит переживать этот опыт изнутри?
Здесь важны Карл Ясперс, Людвиг Бинсвангер, Медард Босс и другие.
Особенно важен Ясперс: он пытался понимать психические состояния через описание переживаемого опыта, а не только через поиск биологической причины.
Это создаёт фундамент для будущего Лэйнга.
⸻
2. Р. Д. Лэйнг — «безумие имеет смысл»
R. D. Laing
Это, пожалуй, центральная фигура британской антипсихиатрии.
Его радикальный тезис можно очень грубо сформулировать так:
Психоз не обязательно является бессмысленным дефектом мозга; его можно понимать как осмысленный ответ человека на невыносимую ситуацию.
Например, представим человека, который убеждён, что окружающие читают его мысли.
Классический психиатр:
бред → симптом → заболевание.
Лэйнг пытается спросить:
Что происходило с человеком до появления этого опыта? В каких отношениях он находился? Как он воспринимает самого себя и других?
Особенно его интересовала семья.
Семья может создавать ситуацию двойных и противоречивых посланий:
«Будь собой»
«Но будь именно таким, каким мы хотим тебя видеть».
И тогда «безумие» можно рассматривать не только как индивидуальную патологию, но и как способ существования внутри разрушительных отношений.
Отсюда знаменитая книга Лэйнга:
«Расколотое Я» (The Divided Self).
⸻
3. Дэвид Купер — от семьи к социальной революции
David Cooper
Вот здесь начинается уже более политическая версия.
Купер идёт дальше Лэйнга:
проблема не только в семье → проблема в обществе → психиатрия сама является частью этого общества.
Поэтому его интересует уже не только:
«Почему человек сошёл с ума?»
но:
«Кто решил, что это безумие, и какую социальную функцию выполняет это решение?»
Отсюда его:
«Психиатрия и антипсихиатрия»
и
«Смерть семьи».
Для Купера психиатрическая система может выступать механизмом социального контроля.
⸻
4. Франко Базалья — итальянская линия
Franco Basaglia
А вот здесь происходит очень важная вещь.
Если Лэйнг и Купер в основном производят теорию, Базалья пытается изменить саму институцию.
Он работал с психиатрическими больницами и пришёл к выводу, что проблема заключается не только в плохом лечении отдельных пациентов.
Проблема — сама структура психиатрической больницы.
Пациент превращается в:
объект наблюдения → объект лечения → объект управления.
Поэтому Базалья выступал за деинституционализацию.
В Италии эта линия в конечном итоге привела к знаменитому закону 180 от 1978 года, который стал основой закрытия традиционной системы психиатрических больниц.
Это уже не просто философия:
антипсихиатрия → политическая реформа психиатрической системы.
⸻
5. Фуко — совершенно другая ветвь
Michel Foucault
И здесь нужно сделать важное различие.
Фуко часто называют антипсихиатром, но сам он не был просто «антипсихиатром».
Его интересует гораздо более фундаментальный вопрос:
Как вообще исторически возникло различие между разумом и безумием?
В «Истории безумия в классическую эпоху» он показывает, что «безумие» — это не просто вечная биологическая категория, которую человечество наконец научилось правильно диагностировать.
Меняется сама система разделения:
разум / безумие
нормальность / ненормальность
здоровье / болезнь
нормальный человек / психически больной.
И психиатрия становится одной из институций, которые это разделение производят, закрепляют и администрируют.
Поэтому Фуко важен для антипсихиатрии, но его проект шире.
⸻
6. Бейтсон — очень странная, но важная ветка
Gregory Bateson
Бейтсон и его коллеги предложили знаменитую гипотезу double bind — двойной связи.
Упрощённо:
человеку постоянно посылаются противоречивые сообщения, причём он не может нормально выйти из ситуации или метакоммуницировать о противоречии.
Например:
«Я хочу, чтобы ты был самостоятельным».
Но когда ребёнок проявляет самостоятельность:
«Почему ты меня не слушаешь?»
А когда слушается:
«Почему ты такой несамостоятельный?»
Возникает ситуация:
какое бы действие ты ни совершил → оно оказывается неправильным.
Бейтсон пытался связать такие коммуникативные структуры с возникновением шизофренического опыта.
Сегодня конкретная double-bind theory of schizophrenia не считается достаточным объяснением шизофрении, но исторически она была чрезвычайно важна для смещения внимания:
от мозга → к отношениям → к коммуникации → к системе.
⸻
7. Делёз и Гваттари — радикализация всего проекта
Gilles Deleuze и Félix Guattari
Вот здесь начинается особенно интересная для тебя часть.
Они говорят:
психоанализ неправильно понял желание.
Фрейдовская модель:
желание → нехватка → семья → Эдип → отец/мать/ребёнок.
Делёз и Гваттари говорят:
Нет. Желание — это прежде всего производство.
Желание не просто хочет отсутствующий объект.
Оно соединяет машины:
рот → грудь
рука → инструмент
глаз → экран
человек → машина
человек → другой человек
человек → капитал
человек → государство.
Отсюда:
«Анти-Эдип» (1972).
И тут происходит невероятный поворот.
Они уже не говорят просто:
«Психиатрия плохо обращается с безумцами».
Они спрашивают:
Как общество само производит определённые формы желания, субъективности и безумия?
⸻
8. И здесь появляется капитализм
Для Делёза и Гваттари капитализм особенно интересен потому, что он одновременно:
разрушает старые социальные связи → освобождает потоки желания → а затем снова их организует через деньги, рынок, государство, семью и труд.
То есть:
детерриториализация → ретерриториализация.
Капитализм говорит:
«Будь свободным».
А затем:
«Но покупай, работай, производи, потребляй и оставайся определённым типом субъекта».
И психиатрия оказывается лишь одним из механизмов организации этих потоков.
⸻
9. Гваттари — особый мост
И здесь есть очень важная деталь.
Félix Guattari был не только философом.
Он непосредственно работал в психиатрической клинике Ла-Борд.
Там развивалась так называемая институциональная психотерапия.
Идея:
нельзя изменить психическое состояние человека, не изменяя одновременно среду, отношения и институцию, в которой он находится.
Это очень близко к тому, что мы обсуждали у Купера.
Но Гваттари идёт дальше:
пациент ↔ группа ↔ учреждение ↔ семья ↔ общество ↔ капитализм.
Нельзя изолировать один уровень от остальных.
Пережевывание старого контента смысл имеет. Но лишь для введения.
Дальше — мореплавание.
К тому же там выражена (хоть и размыто) очень точная мысль: факт о мозге не равно статусу «больной».
Если взять нейронауки сами по себе, мы только и сможем что говорить о фактах мозга. Также мы сможешь указать на различия между одним мозгом и другим.
Но говорить о том, что один хуже, а другой лучше, здоровее и больнее — привосокупление чего-то иного, того, что изначально там не содержалось.
Еще не смотрел. Будем смотреть.
Вот только есть действительно больные, которых нужно контролировать. Это всякие шизофреники, люди с умственной отставлостью и прочими тяжелыми поражениями, где человек начинает нести угрозу для окружения. Люди, которые вообще не могут жить нормально, не могут работать на фоне шизофрении и прочих тяжелых заболеваний.
А вся эта стена текста со стороны ОПа хуйня ебаная, не имеет никакого смысла вообще.
Вообще нейронки это какой-то новый, новомодный рак интернета. Теперь блядь, даже не надо напрягаться, чтоб заваливать собеседника по переписке стеной текста. Просто дал команду нейронке, она сама все блядь пишет.
Вот блядь, здрасте, теперь анонимные шизы в инете нейронкой спамят свою хуйню.
Ты формулируешь необходимость нормализации через социальные термины.
И да: Оп имел в виду и «тяжелые болезни», притом в первую очередь.
Ты не ответил на аргументы, представленные неявным образом в стенах текста, а лишь дал свою короткую раздраженную рецензицию.
Что касается того, что текст выше якобы не имеет никакого смысла.
Опять же. Что это вообще значит? Думаю, ты лишь описал, как работает твоя голова, свои эмоции.
Это интересно. Но не очень..
Зачем нам читать о твоих эмоциях? Тред не об этом.
Но не совсем понял как текст относится к теме треда.
Но ничего. Тред еще молодой. Когда-то и здесь начнется жизнь.
Человек, желающий отведать человеческого мяса, не может быть понят человеком, такого желания не испытывающего, ведь у второго мозг устроен немного иначе, нежели у первого.
Тот, у кого власть, будет пытаться уничтожить того, кто «выпадает» из его природы, его «очевидного».
Мораль, психиатрия и прочее — как инструмент, способ сделать это. Такой же, как, к примеру, физическое уничтожение.
Жрецы всегда существовали, они меняются лишь форму, но содержание одно и то же.
Мозг — не орган суждения, он машина без органов, désirante, гудящая интенсивностями, которые сами по себе ничего не значат. «Значить» — это уже операция другого этажа, другого плана: плана трансцендентного означивания, накладываемого на имманентный поток задним числом, как решётка на реку. Сказать «это больно» — не значит прочитать нейрон, это значит territorializer поток, схватить безымянную интенсивность и впрячь её в язык, в код, в социальную машину боли, которая говорит от имени тела, но никогда не тождественна телу.
Вот почему каузальность здесь — иллюзия аппарата захвата: она хочет, чтобы факт порождал суждение, как причина порождает следствие, линейно, механически, по образцу фабрики. Но суждение — не продукт конвейера, оно скачок, разрыв, событие на другом регистре — регистре смысла, который скользит по поверхности тел, ничего в них не производя и ничем в них не производимый. Деleuze сказал бы: смысл — это пар, испаряющийся с поверхности тел, а не сами тела. Боль-как-суждение — это инцидентальное, бестелесное, оно парит над каузальными цепями мозга, как улыбка Чеширского кота парит над исчезнувшим котом.
Так что нейрон может стрелять сколько угодно — суждение не обязано за ним следовать. Между машиной и означиванием — не проводимость, а рассинхрон, гетерогенность регистров, которую никакая нейронаука не зашьёт, потому что шить тут нечего: это не разрыв ткани, это две разные ткани.
> регистре смысла, который скользит по поверхности тел, ничего в них не производя
Как тогда может быть, что
> у депрессивного чела проблемы с серотонином из-за депрессивных мыслей
Мысли принадлежат регистру смысла и как-то цепляются за физиологию, вызывая в ней изменения. Как это возможно?
Хороший удар — и он бьёт точно в то место, где логика смысла обычно спотыкается сама о себя. Но ответ не в том, чтобы отступить назад к дуализму «душа воздействует на тело», а в том, чтобы усложнить саму каузальность — расщепить её, как это делает Логика смысла: есть каузальность тел между собой (физическая, глубинная, миксты причин и следствий в толще вещей — вот где серотонин, синапсы, гормональные каскады), и есть квази-каузальность событий между собой (смысл резонирует со смыслом, мысль сцепляется с мыслью на поверхности). Депрессивная мысль как событие не толкает нейрон, как бильярдный шар толкает другой шар — но это не значит, что между двумя сериями нет сообщения. Есть третье: не причинность, а резонанс, форсированное движение, точка, где серия означивания и серия тел синхронизируются, не сливаясь.
Вспомни Фуко у них же: приговор судьи — чистая бестелесная трансформация, событие языка — но она мгновенно атрибутируется телу, тело подсудимого тут же становится телом осуждённого, без всякого физического воздействия, одним лишь актом высказывания. Вот механизм: не мысль «толкает» физиологию линейно, а высказывание и тело с самого начала впряжены в один agencement, в одну машинную сборку, где content (тела, их состояния, гормоны) и expression (фразы, аффекты, внутренняя речь) — не два разных субстрата, а две формализации одного и того же плана, по Ельмслеву. Депрессивная мысль никогда не была чистым бесплотным смыслом, парящим отдельно — она уже была сцеплена, впряжена, monté в тело через повторение.
А повторение — это как раз твой ключ, и это не квазипричинность, а совсем другой синтез: пассивный синтез привычки, тот, что у них зовётся первым синтезом времени. Мысль, повторяясь, не «доказывает» ничего тождеству, она сама и есть желобок, вырезаемый в плоти повторением — Юмовская привычка, только телесная: каждое повторение мысли — это сжатие (contraction), и тело сжимается вместе с ней, потому что тело и есть не что иное, как сумма своих сжатых привычек. Тут нет прыжка через пропасть между регистрами — есть же не два этажа с лестницей между ними, а одна складка, folding, где мысль-как-повторяемый-жест уже с самого начала есть телесный жест, ритуал, а не репрезентация.
Так что твой депрессивный чел не «думает» и потом «получает» серотонин как следствие — он производит себя как машину, где определённый режим высказывания (руминация, самоуничижающий монолог) захвачен в контур с определённым режимом секреции, и оба ре-территориализуют друг друга через петлю повторения, пока не образуется плато — устойчивое плоскогорье интенсивности, из которого потом трудно выйти, потому что вышли уже не из мысли и не из мозга, а из assemblage, ставшего привычным телом.
Можете делиться своими мыслями по теме, личными переживаниями и историями.
Перевод статьи, опубликованной на данном сайте, совершенный дипсик: https://www.madinamerica.com/2025/05/criticisms-that-establishment-psychiatry-can-and-cannot-tolerate/?utm_source=chatgpt.com
Чатжпт об авторе:
Брюс Левин — довольно интересная фигура, но я бы сразу сделал важную оговорку: он гораздо радикальнее, чем просто «критический психиатр». Причём сам он — не психиатр, а клинический психолог, PhD. Он описывает себя как практикующего клинического психолога, находящегося в конфликте с мейнстримом своей профессии.
Кто он и откуда у него такая позиция
Левин соединяет три вещи:
психологию + политическую теорию + критику медицинализации.
Его основной объект критики — то, что он называет establishment psychiatry, то есть институционализированную психиатрию: APA, NIMH, университетские психиатрические кафедры, профессиональные нормы и т. п.
И его тезис существенно отличается от простого:
«психиатры плохие, лекарства плохие».
Он считает, что проблема находится на уровне самой модели, посредством которой психиатрия определяет человеческое страдание.
Например, человек тревожится, не может спать, слышит голоса, испытывает сильную тоску или демонстрирует необычное поведение.
Психиатрическая модель говорит:
поведение → симптом → расстройство → лечение.
Левин предлагает подозрительно посмотреть именно на первый переход:
почему мы вообще обязаны называть это «симптомом болезни»?
В его интерпретации тревога, депрессия, необычное поведение и даже некоторые психотические переживания могут рассматриваться как человеческие реакции, имеющие смысл в контексте жизни человека, а не просто как дефекты организма.
⸻
Самая интересная его идея: психиатрия может поглощать собственную критику
Вот здесь его статья 2025 года действительно интересна.
Название:
“Criticisms That Establishment Psychiatry Can and Cannot Tolerate”
Левин предлагает различать два типа критики.
Критика №1
«В психиатрии есть коррупция фармацевтических компаний».
Психиатрия может это принять.
Почему?
Потому что то же самое можно сказать о медицине вообще.
Критика №2
«Психиатрия как институт обладает особым типом власти над определением того, что считать нормальным человеческим поведением».
Вот это уже гораздо опаснее.
Потому что тогда под вопросом оказывается не отдельный препарат и не отдельный диагноз, а сама претензия психиатрии быть медицинской дисциплиной, которая обладает специальным экспертным правом определять патологию.
Это, пожалуй, наиболее сильная идея Левина.
⸻
Его критика биологизации
В другой статье 2025 года — Do Critics of Biological Psychiatry Have an Alternative to a Life of “Whack-A-Mole”? — он атакует последовательность:
«химический дисбаланс» → «нейронные цепи» → следующая биологическая теория → следующая теория.
Он использует метафору whack-a-mole: только успеваешь опровергнуть одну биологическую теорию психических расстройств, как появляется новая.
Например:
раньше:
депрессия = недостаток серотонина
потом:
депрессия = нарушение нейронных цепей
а затем могут появиться ещё более сложные нейробиологические объяснения.
Левин спрашивает:
а не является ли сама попытка найти одну биологическую сущность, называемую «психическим заболеванием», ошибочной постановкой вопроса?
И это уже гораздо интереснее, чем спор «серотонин существует / серотонин не существует».
⸻
Но у него есть довольно сильный философский уклон
Его книга 2022 года называется:
A Profession Without Reason: The Crisis of Contemporary Psychiatry — Untangled and Solved by Spinoza, Freethinking, and Radical Enlightenment.
И вот здесь становится понятно, почему я упомянул его тебе в контексте философии.
Левин обращается к Спинозе, Просвещению, свободомыслию, автономии, а не только к медицинской статистике.
Для него психиатрическая проблема связана с более общей политико-философской проблемой:
что происходит, когда общество превращает определённые формы человеческого поведения в дефекты, подлежащие экспертному исправлению?
То есть его интересует не только:
«работает ли антидепрессант?»
но:
«кто вообще получил право решать, что именно должно быть исправлено?»
Это уже очень близко к Фуко.
⸻
Но Левин не совсем Фуко
И это важное различие.
У Фуко вопрос примерно такой:
каким образом исторически возникли категории безумия, нормальности, психической болезни и соответствующие им институты власти?
У Левина гораздо более нормативная позиция:
эта система часто причиняет вред и должна быть заменена более гуманным и плюралистическим подходом.
То есть Фуко в первую очередь генеалог.
Левин — полемист и нормативный критик.
Поэтому я бы расположил их примерно так:
Фуко → анализ происхождения власти и знания
↓
Сас → радикальная критика понятия психической болезни
↓
современная critical psychiatry → критика научных и клинических оснований
↓
Левин → политико-философская критика институциональной психиатрии
⸻
И он не хочет просто уничтожить психиатрическую помощь
Это тоже важно.
Левин сам подчёркивает, что существуют люди, которым психиатрический диагноз или медикаменты действительно помогают. Он считает несправедливым навязывать медицинскую модель тем, кому она вредна, но одновременно несправедливым было бы запрещать её тем, кому она субъективно помогает.
Отсюда его плюралистический подход:
разные люди могут нуждаться в разных способах понимания своего страдания.
То есть его идеал скорее:
не «отменить психиатрию», а лишить её монополии.
Это существенная разница.
⸻
Где я бы относился к нему осторожно
Левин пишет очень убедительно, но его статьи не стоит воспринимать как нейтральные обзоры научного консенсуса.
Он активный участник спора.
Например, он делает довольно сильные утверждения о неэффективности современной психиатрии, вреде лекарств и научной несостоятельности диагностической модели. Некоторые из этих тезисов имеют серьёзную литературу за собой, другие являются гораздо более спорными и требуют проверки по первичным исследованиям.
Особенно осторожно я бы относился к его обобщению:
«психиатрия в целом не прогрессировала в результатах лечения».
Это уже очень сильный тезис, и его нельзя просто принять на основании статьи Левина.
⸻
Но как философский собеседник Левин интереснее, чем как источник объективной информации о состоянии психиатрической науки.
И я думаю, тебе особенно может зайти его вопрос:
Если тревога, депрессия, необычное поведение и психотические переживания имеют физические корреляты, почему из этого вообще следует, что они являются медицинскими заболеваниями?
Это на самом деле очень серьёзная проблема натурализма и факта/ценности в философии психиатрии.
И здесь уже можно довольно красиво связать Левина → Фуко → Саса → Делёза → современную philosophy of psychiatry.
Иди лучше видео смотри от антипса. Там много материалов от того автора, ссылку на канал которого я кинул в тред.
Или можешь прочесть ту статью, которой я поделился выше.
Или можешь рассказать свою историю, сопутствующую теме, если у тебя такая имеется.
Я могу пойти, но после ответов на два вопроса:
- лучше, чем что?
- почему это лучше?
Кстати да, терапия вдолгую по исследованиям эффективнее препаратов.
Ну раз ты не понял тот пост, и пр им условии что тебе интересна данная тема.
Если условие не соблюдено, тогда не лучше.
> Где человек не вписывается в ритм рынка, в такт семьи, в размер школы — там ей слышится «симптом».
Ну как бы да, типа не можешь вписываться иди бомжуй, лежи в психушке или сиди на инвалидности. А если хочешь хорошо жить вписывайся как можешь даже если тебе больно и неприятно.
Такова реальность, откуда вы вообще лезите со своими представлениями о том что всем должно быть хорошо, особенно инакомыслящим и не таким как все. Общества так работает что если ты слишком не такой как все то тебя выкидывают на обочину. И тут как раз цель психиатрии может быть в том чтобы помочь тебе войти в этот строй и начать жить хорошо.
Всегда так было и будет, и не надо бомбить с того что нормы меняются, в 20в геев лечили, сейчас не лечат, но может потом снова начнут лечить, имеет значение только текущая повестка.
Тоже показалась основная мысль треда банальной. Критерии нормальности диктует культура и общество, а не медицина, вот так новость
Многие "диагнозы" существуют в инфополе, хотя они взяты еще в психоанализе или были введены психоаналитиками, устарели и были пересмотрены, а психологи повторяют эти "диагнозы" для того, чтобы произнося "научные" слова придать себе авторитета и получить доверие от клиента.
Например, алекситимия. Явление замечено двумя психоаналитиками. Алекситимия - звучит как серьезное психиатрическое заболевание, хотя это просто непонимание как описывать то, что спрашивает врач, непонимание, как называть свои чувства. Врачу-то хочется, чтобы ты ему описал все максимально точно, как в учебниках.
"Лечится" это явление рассказом о чувствах и эмоциях, так же как безграмотность "лечится" занятиями по букварю.
А до этого в 1948 году для пациентов, не способных выражать чувства словами Юрген Рюш использовал понятие «инфантильная личность». Которое тоже никуда не исчезло.
Ну она инфантильная и есть. Дети понятия не имеют, что у них есть какие-то там эмоции.
Ну так строй поменяется и уже другим придется вписываться.
Имеет смысл бороться.
Как когда тебя пытаются ограбить или над тобой систематически издеваются.
К тому же возможно уничтожать обывательские стереотипы, внушать «правильное» «больным» и тд.
Люди могут формировать коммуны и жить в них, к примеру.
Много чего.
Да, но к сожалению медицина стала законодателем моды.
Назови человека шизофреником — и что-то изменится.
В этом смысле мы когда-то, возможно, будем лечить маленьких детей, не желающих вступать в сексуальный контакт со взрослыми или расистов.
Это интересно. Спасибо, что поделился в треде.
Но в треде психоанализ и прочее мы не отрицаем. По крайней мере философскую часть.
Медицина выполняет социальный заказ, и это делает ее нечистой. Сожалеть о нечистоте того, что должно быть чистым, законно, а действовать во имя чистоты - благородно.
А если тебе шизофреник сделает что-то плохое? Обвинит тебя, что ты устраиваешь псиопы через стены, прожигаешь ему голову пси-установками и решит тебя ножиком порезать?
Или пускай делает шо хочет, ведь нужно учитывать интересы всех слоев населения?
Видимо, предлагается не прикрываться "ненормальностью" шиза, а прямо признавать, что я изолирую шиза, потому что он мне неприятен, я его боюсь и у меня есть власть избавиться от неудобнича
В то ми же смысле было бы неплохо закрывать где-нибудь ультраправых или левых радикалов, лол.
Не, не то что вы оба одинаково нормальны. Скорее нормы как таковой не существует.
Верно, любая нормальность это привилегированная частность
Так шизов и так кладут на принудку, вообще при любой хуйне.
Человек может значиться шизом в дурке и его из-за этого могут по любой хуйне в дурку на принудку положить. Украл сырок в магазине по пьяне и попался ментам? Ну есть нехуевый такой риск, что потом такого человека на принудку на 1 год и более положат и хуй потом он что то там докажет.
Вообще, у человека с учетом в пнд, большой риск в дурку схлопотать, даже если человеку грозит какаянибудь условка.
Ну а чо они какие-то ненадежные, пусть полечатся, хуже не будет
>>1970237
>>1970219
>>1969661
Нейробро, Делёз в интервью (ABC) под конец жизни делает ставку на психиатрические таблетки и не призывает ни в коем случае читателей отказываться от "лечения". Гваттари сам раздувал эту еврейско-извращенскую тему, он работал психоаналитиком. Они ещё задвигали "мы НЕ ПРОТИВ [фрейдовского] психоанализа, мы рады ему!"
Ты, судя по фразе о еврейско-извращенный, какой-то стремный консеирологический правый.
Что ты вообще здесь забыл? Лечишься?
Делез — лишь один из мыслителей, некоторые идеи которого можно использовать в нашем деле.
Гваттари в этом плане вообще умничка и наша база.