ЧТО БУДЕТ ЕСЛИ ОДЕТСЯ В РУСЛАВКЕ В ФУЛ СЕТ ЗАБАФАТСЯ В ЦЕРКВИ И ПОЕХАТЬ В КОММУНАРКУ ФАРМИТЬ ОРДУ?
Аноним
# OP
20/09/26 Вск 18:52:56
№
1
# OP
20/09/26 Вск 18:52:56
№
1
Ахлиддин Маджидов (или просто Алик) изТаджикистана еще вшколе полюбил Толстого, захотел побывать народине писателя. Апотом кэтой мечте добавилась другая— учиться вРоссии. Обе они сбылись, нонекак всказке: вРоссии молодой человек изСредней Азии столкнулся сненавистью итравлей.
«Главное— неоткуда яприехал, акакие ценности янесу»
В2016 году Алик вместе сдрузьями приехал изТаджикистана вТюмень: ребята поступили набиофак ТюмГУ, поселились вобщежитии. Ипрактически сразу поняли, что имтут нерады: даже незнакомые люди бросали имвслед комментарии про «понаехавших», хотя посути «понаехавшими» вобщежитии были все.
Когда началась учеба, стало тяжелее. «Напервом курсе многие мои одногруппники меня ненавидели,— вспоминает Алик. —Они говорили, мол, яприехал изанимаю бюджетное место. После каждой сессии спрашивали, когда меня уже отчислят. Приходилось каждый раз доказывать своими достижениями, что янезанимаю зря чьё-то место— язаслуживаю его».
Через два года Алик решил сменить направление наболее творческое иперепоступил вГАУ Северного Зауралья наландшафтного дизайнера— другой вуз втомже городе. Учиться стало интереснее, ноотношения соднокурсниками снова несложились. Причина все таже — большинство студентов непринимали парня изТаджикистана, несчитали его своим.
Однажды женщина вмаршрутке крикнула ему: «Чурка!» Отвечать Алик нестал
«Мне жаль людей, которые так говорят. Видимо, они неотхорошей жизни обзывают незнакомого человека, который просто непохож наостальных»,— говоритон. Алик вообще несчитает, что втаких ситуациях нужно перед кем-то оправдываться ичто-то доказывать людям. Если человек знает, какой оннасамом деле, предвзятое отношение других неможет нанего повлиять: «Язнаю, что янечурка,— говорит он. —Главное— нето, откуда яприехал икак явыгляжу, ато, какой ячеловек, какие ценности янесу».
Все это звучит здорово иправильно, вот только придерживаться такой философской позиции иоставаться невозмутимым бывает нелегко.
Истории
«Чурка — это кусок дерева. А я — человек». Как студент тюменского вуза борется с ксенофобией и расизмом
«Чурка — это кусок дерева. А я — человек». Как студент тюменского вуза борется с ксенофобией и расизмом
Екатерина Красоткина
39
23.11.2021
Ахлиддин Маджидов (или просто Алик) из Таджикистана еще в школе полюбил Толстого, захотел побывать на родине писателя. А потом к этой мечте добавилась другая — учиться в России. Обе они сбылись, но не как в сказке: в России молодой человек из Средней Азии столкнулся с ненавистью и травлей.
«Главное — не откуда я приехал, а какие ценности я несу»
В 2016 году Алик вместе с друзьями приехал из Таджикистана в Тюмень: ребята поступили на биофак ТюмГУ, поселились в общежитии. И практически сразу поняли, что им тут не рады: даже незнакомые люди бросали им вслед комментарии про «понаехавших», хотя по сути «понаехавшими» в общежитии были все.
Когда началась учеба, стало тяжелее. «На первом курсе многие мои одногруппники меня ненавидели, — вспоминает Алик. — Они говорили, мол, я приехал и занимаю бюджетное место. После каждой сессии спрашивали, когда меня уже отчислят. Приходилось каждый раз доказывать своими достижениями, что я не занимаю зря чьё-то место — я заслуживаю его».
Через два года Алик решил сменить направление на более творческое и перепоступил в ГАУ Северного Зауралья на ландшафтного дизайнера — другой вуз в том же городе. Учиться стало интереснее, но отношения с однокурсниками снова не сложились. Причина все та же — большинство студентов не принимали парня из Таджикистана, не считали его своим.
Однажды женщина в маршрутке крикнула ему: «Чурка!» Отвечать Алик не стал
«Мне жаль людей, которые так говорят. Видимо, они не от хорошей жизни обзывают незнакомого человека, который просто не похож на остальных», — говорит он. Алик вообще не считает, что в таких ситуациях нужно перед кем-то оправдываться и что-то доказывать людям. Если человек знает, какой он на самом деле, предвзятое отношение других не может на него повлиять: «Я знаю, что я не чурка, — говорит он. — Главное — не то, откуда я приехал и как я выгляжу, а то, какой я человек, какие ценности я несу».
Все это звучит здорово и правильно, вот только придерживаться такой философской позиции и оставаться невозмутимым бывает нелегко.
Проблема в том, что бытовые стереотипы, по мнению Алика, живут не только в сознании простых людей, они поддерживаются и средствами массовой информации. Например, в новостях пишут, что у пожилой женщины пенсию украли граждане Таджикистана. Если бы это сделали русские, национальность бы никто не указывал, просто сказали бы — «преступники».
Подобные формулировки, по его мнению, только способствуют разжиганию межнациональных конфликтов, порождают новые стереотипы. У читателей, например, складывается впечатление, что все таджики, да и вообще люди, приехавшие в Россию на заработки, –воры. И, конечно, мало кто вспоминает о тех, кто приехал сюда учиться, трудиться, о тех, кто искренне восхищается российской наукой, историей, культурой.
Фотография, с которой все началось
Алик продолжал учиться и жить в Тюмени. И продолжал слышать «понаехавший», «чурка» — в спину и не только. Он, конечно, понимал, что достается не только ему одному: со знакомыми из разных концов СНГ они постоянно рассказывали друг другу истории о подобных нападках. Алику хотелось изменить ситуацию, но как? Сразу повлиять на сотни незнакомых людей в одиночку едва ли возможно. А вот поддержать тех, кто находится в таком же положении, как и ты, звучит уже как план.
«В марте 2020 года, когда границы были закрыты, мы постоянно находились в общежитии, — вспоминает Алик. — Мои друзья из Сенегала и России как-то болтали с мальчиком, который жил в том же общежитии с мамой. Я сфотографировал их вместе, посмотрел на кадр и подумал, что он должен быть на обложке National Geographic. Эта фотография — про красоту и уникальность каждого человека. Мне очень захотелось поделиться ею с другими. Тогда и пришла идея завести страницу в инстаграм и выложить там этот кадр. На следующий день мои друзья стали репостить публикацию».
Из этого фото и волны репостов появился онлайн-журнал texture: можно сказать, что он начался с обложки.
Алик стал вести свой журнал вдвух соцсетях: во«ВКонтакте» ивинстаграме. Сначала просто выкладывал фотографии людей разных национальностей, которые делал сам нателефон.
Постепенно оtexture узнавали всё больше людей. Алику стали писать нетолько потенциальные герои, которые хотели поделиться своими историями оксенофобии, ноифотографы, журналисты, которые хотели сотрудничать. Так сложился формат: красочная обложка, закоторой следует фотоистория, интервью или очерк.
Истории, которые вдохновляют
Одним изсамых популярных постов Алика стал портрет молодого человека врабочей одежде, который держит вруках картонку снадписью: «Чурка— это кусок дерева. Ая— человек». Читатели паблика размещали его усебя настраницах, вкомментариях разворачивались бурные обсуждения: откуда берутся стереотипы, почему они так живучи, как ихпреодолеть.
Руславка — официальная атрибутика Русской общины.
Сезонная скидка на дождевики — 20%!
Обзоры наших соратников можно посмотреть здесь:
📹 vk.ru/wall-228985735_8180
📹 vk.ru/wall-228985735_7940
Приобрести по ссылке:
ruslavka.ru
Важно:
Средства от продажи официальной атрибутики используются благотворительным фондом «Община» для развития общин России.
РУСЛАВКА — магазин официальной атрибутики Русской Общины. Все изделия здесь: taplink.cc/ruslavka
Еще один плюс журнала: Алик считает, что, когда герои делятся своими историями вдоброжелательной, принимающей атмосфере, это становится для них своеобразной терапией.
«Здесь уних есть возможность рассказать то, чего они раньше никому неговорили»,— объясняет Алик
Вчесть годовщины журнала вмарте 2021 года его команда сделала коллаборацию стюменским проектом «Шоу коротких историй» Алексея Голомолзина: семь героев рассказали освоей национальной идентичности, отом, как они чувствуют себя вдругой стране, поделились воспоминаниями ородине. Эти истории показали, как сложно людям оставаться своими— инародине, ивновом доме.
Самому Алику ближе всего рассказ Кани Исаевой. Она уехала изКиргизии ввозрасте трех лет, выучила русский иокончила тюменскую школу сзолотой медалью. При этом девушка чувствует себя чужой ивРоссии, ивродных краях. Когда она впоследний раз была вКиргизии, еепринимали затуристку, невоспринимали как свою. АвРоссии она— неславянка— тоже, получается, чужая.
«Еёистория похожа намою,— говорит Алик. —Ясвободный человек, неслушаю советов других, идалеко невсе мои соотечественники могут это понять. Поэтому явнекотором смысле стал отдаляться отних. Янебыл вТаджикистане уже пятьлет. Нородина всегда сомной, она вмоей душе».
Выгореть ивсе начать сначала
Хотя команда журнала была готова работать бесплатно, для создания качественного контента требовались деньги. Когда началась пандемия, для студентов стали создавать рабочие места, чтобы поддержать ихвовремя карантина. Виюне 2020 года Алик устроился SMM-специалистом вуниверситет. Ивсе заработанные деньги вкладывал всоздание контента для texture. Университет, апотом имолодёжные организации Тюмени предоставляли проекту помещения.
Вмарте 2021-го, через год после создания журнала ивыхода проекта систориями, уАлика закончились нетолько деньги, ноисилы нато, чтобы развивать медиа дальше. Онприостановил съёмки, ишесть месяцев редакция неработала. Заэто время молодой человек окончил бакалавриат, поступил вмагистратуру инашёл новую работу вмультицентре «Контора пароходства», где развивают креативные индустрии исовременное искусство.
Новые коллеги убедили Алика возобновить проект. Онсобрал еще одну команду. Сейчас вней работают 11 человек разных национальностей: креативный редактор— изКиргизии, выпускающий редактор иодна изжурналисток— татарки. «Это люди, которые разделяют сомной ценности проекта»,— говорит Алик.
Прошлым летом ккоманде присоединилась главный редактор Настя Квизикявичус, она предложила запустить проект «Стенгазета»— печатать постеры сматериалами журнала иразмещать ихвпубличных пространствах. Алик обрадовался: ему хотелось, чтобы смедиа иего героями знакомилось все больше людей.
Проект получил грант конкурса городских проектов «Цех»— суммы как раз хватает начетыре выпуска «Стенгазеты». Два изних уже вышли: первый— «Приехали или понаехали»— остереотипах вобщем, второй— «Край земли пососедству»— окоренных народах Севера. Постеры висят вмолодёжных центрах Тюмени, любой может ихизучить.
Наденьги этогоже гранта команда texture также создала фотопроект коДню народного единства. Внем участвовали молодые люди издругих стран, которые сдетства живут вРоссии, апотому неочень знакомы страдициями своих народов, многие даже никогда непримеряли свои национальные костюмы.
«Мыарендовали национальные костюмы исфотографировали героев вних— ивсвоей повседневной одежде,— делится Алик. —Они почувствовали разницу: имбыло непривычно, многие смеялись. Аодна девушка даже постеснялась делиться фотографиями вкостюме сосвоими российскими друзьями: она ещё была кэтому неготова».
Угрозы— неповод останавливаться
Запуск журнала стал нетолько своеобразной объединяющей историей для людей, столкнувшихся сксенофобией. Онстал еще итриггером— для тех, кто травит непохожих насебя. Под постами почти сразу стали появляться комментарии изсерии «поезжай ксебе вЧуркистан икачай там свои права».
Алик вспоминает, что некоторых оскорбительных слов, которыми его обзывали, ондотого даже незнал. Ихпришлось вносить всписок слов, комментарии скоторыми Instagram будет автоматически блокировать.
Потом были прямые угрозы. Сначала требовали удалить страницу журнала. Потом взломали личный профиль Алика во«ВКонтакте». Страницу удалось восстановить, новзломщики успели разослать оскорбления его друзьям.
Несколько дней назад анонимный пользователь написал, что отправит скриншоты состраниц Алика вгруппы «Мужского государства» (движение признано экстремистским изапрещено натерритории РФ. —Прим. ред.), которое занимается коллективной травлей ипреследованием женщин, людей другой национальности, сообществ ибрендов, которые, поверсии сторонников движения, поддерживают «неправильных» людей.
Алик незнал, как реагировать наэту угрозу, иочень переживал забезопасность команды. «Яотложил несколько публикаций натемы, которые могут вызвать шквал негативных комментариев. Мне важно говорить, иябуду говорить, нонемного позже»,— объяснил он.
Ивсеже проект продолжает жить. Воктябре texture получил премию «Студент года— 2021» (организатор— Российский союз молодежи. — Прим. ред.) вноминации «Студенческое медиа года». Асейчас команда журнала планирует запустить YouTube-канал.
Что помогает? Пословам редакции— позитивная обратная связь отподписчиков. Асами ребята мечтают развиваться: «Если мыувидим, что подобных проектов становится больше ибольше, что кто-то репостит наши выпуски или даже использует наш формат, мыпоймём, что это работает, что всё было незря».
Подробнее на «Меле»: https://mel.fm/zhizn/istorii/1749053-churka--eto-kusok-dereva-a-ya--chelovek-kak-student-tyumenskogo-vuza-boretsya-so-stereotipami-i-ksen
Руславка звучит как шалавка, община как обычно ебёт
Да есть в этом что то кукколское, может влияние ига на уровне юнгианской тени. Северные человеки сами то добрыши в отличии от орд обезьян. Просто в древности ебались с обезьянами трогладитами или неандертальцами которые превратились в мусульман и негров. Не смогли просто устоять перед их звериной сексуальностью. Нельзя чер нил ок ругать. Так работает эволюция. Новый приток крови чуждой но защищающий от вырождения. Посмотри на японцев с их изоляцией все кривые зубы маленькие ростом, слабые, поэтому зог сейчас включил ивент разрушения японии чурками и нигерами
если тебя называют чуркой, это значит не столько что ты нерусский, это значит в первую очередь то, что ты не на своём полублатном и корумпированом месте
если кто-то сказал ему в маршрутке что он чурка, значит для этого была соответствующего характера причина
скорее всего обычное бытовое хамство, которое никуда не исчезает ни с какими объёмами прочтёного толстого или тонкого
>слово стало асоциироваться с блатной должностью мясника в РСФСР
>1488
>если кто-то сказал ему в маршрутке что он чурка, значит для этого была соответствующего характера причина
Конечно была: сказавший - отпетое быдло.
> что будет
Дашь всем знать что ты гейчик
>мастурбека приткнули на бюджетное место в вуз, он начал ебланить, шабить, дрочить, доёбывать окружающих
>не вывез даже коррумпированный российский вуз при поддержке диаспоры
>абсолютли из ща того, что в маршрутке ему крикнули ЧУРКА
>мастурбека приткнули в лесотехническую шарагу на должность строителя пихтовых насаждений
>аааарррря, я Толстого люблю
>аааррря ВЫ МНЕ ВСЕ ДОЛЖНЫ
>аррря злые нацисты обижают меня ни за что а то иначе бы ух бля
Чудеса дружбонародии
>Северные человеки сами то добрыши
даже вяло интересно, с какого шизозагона ты протек в порашу, имбецил
> Как студент тюменского вуза борется с ксенофобией и расизмом
Бля, какая толстота. Я бы поверил, если бы речь не о Тюмени шла. Какая, нахуй, "ксенофобия" в сраном Тюмени, если там 95% населения и есть чурки? Этого чючмека свои, штоле, ксенофобили? Тот, кто писал эту пасту никогда в Тюмени не был, инфа сотка.
>Посмотри на японцев с их изоляцией все кривые зубы маленькие ростом, слабые, поэтому зог сейчас включил ивент разрушения японии чурками и нигерами
Поэтому они раком ставили всю восточную азию? Поэтому РИ просрала войну японцам? Пиндосы победили Японию только лишь с помощью ядерной бомбы, ибо поняли что на кулаках не вывозят, пришлось быть на говне. Многократного олимпийского чемпиона, сильнейшего борца планеты Заурбека Сидакова, как шавку ебунявую скрутил 18 летний японец Масаносукэ Оно. Чел ты нихуя не знаешь про японцев.
Почему он еще не на сво?
А зачем?